евразийство, майдан, либерализм, Четвертая политическая теория, евразийцы

Четвертая политическая теория: больше, чем просто анти-либерализм?

_ Юрий Кофнер, председатель ЕДРФ. Москва, 9 августа 2014 г. Комментарии к статье «Четвертая политическая теория как идеология Новой России» А.Г. Дугина. [1]

В своей статье Александр Дугин сделал интересное заявление, которое привожу в сокращении (однако, конечно, без всякого смыслового искажения): «На этом я ставлю точку в попытках обвинить меня в «фашизме» кем бы то ни было. Если бы я был «фашистом», у меня хватило бы смелости, поверьте, так и сказать. […] Я могу четко и однозначно утверждать: […] я также против материалистического атеистического коммунизма и фашистского расизма, шовинизма и ксеноофобии».

Мне это кажется удивительным, но на этом месте стоит напомнить об одной существенной разнице: «Расизм, шовинизм и ксенофобия» являются традиционными атрибутами национал-социализма, но не обязательно присущими классическому фашизму. Сутью фашизма является крайний этатизм, когда, как это четко выразил Бенито Муссолини, — «все в государстве, ничего вне государства, ничего против государства». [2]

Это интересно, ведь давно изучая работы Дугина и его последователей я всегда критиковал их за искривление классического евразийства именно в эту сторону, т.е. в сторону крайнего этатизма, близкого к традиционному европейскому фашизму. Я никогда не обвинял Дугина в расизм, как это сделали разные другие критики его концепций.

Я солидарен с Дугиным в том моменте, когда совершенно необоснованно западники и нацдемы различных национальностей обвиняют его в нацизме, расизме и т.д. И чаще всего когда они даже не читали его труды. Такое реально раздражает, так как не соответствует правде.

Однако, те люди, которые критикуют труды Дугина по делу, критикуют их именно за фетишизм сильного государства, сильной Империи, представляющие из себя противоположенную альтернативу либеральному индивидуализму, и поэтому другую крайность и оттого — вредную гипотезу.

Несомненно, либерализм в чистом виде, особенно в поздней его форме пост-либерализма, со своим культом индивидуума, культом потребления, культом развлечения, есть зло. Но отвращенный от либерализма Дугин впадает в другую крайность, не менее пошлую: в обоготворение крайнего абсолютизма, т.е. абсолютизма идейного (по Платону) и организационного (по образу тоталитарных обществ). Отвращенный от Мирового государства А. Хаксли Дугин мечтает построить Евразийскую империю Дж. Оруэлла. Но этим не решается же старая проблема человеческого предназначения и счастья.

Этим поведением также хорошо объясняется культ врага, который как красная линия идет сквозь все умопостроения А.Г. Дугина. Ярые последователи его доктрины, уверены: кто не согласен с дугинской доктриной — либо враг (если он из лагеря оранжевых), либо предатель (если он из патриотического лагеря). И все без исключения по их мнению подлежат уничтожению.  «Кто не с нами, тот под нами» — вот лозунг дугинцев. Но Дугин и ко. не только отвергают концепцию идейного плюрализма. Они, к тому же, объявляя кого считают нужным врагом, оправдывают его уничтожение «законами военного времени». Данное мое заявление можно хорошо проверить прочитав хорошую дюжину постов на странице Дугина в социальных сетях за 2014-2015 гг.

Вместо того, чтобы действительно стараться найти новый идейный исход в рамках Четвертой политической теории Дугин снова и снова впадает в объятия — то третьей политической теории, то, в лучшем случае — Консервативной Революции. Без расизма естественно, но со всеми грехами утопического этатизма и культа врага. Данная картина логически пополняется идеологической и визуально-политической самопрезентацией ЕСМ как последователей опричнины Грозного и НКВД Сталина (включая конечно черного стяга и желтого крестострела хаоса).

Удивительно, но именно об этой опасности извращения евразийства в сторону языческого этатизма еще в 20-х годах прошлого века предупредил великий русский философ Николай Бердяев в своих статях «Евразийцы» (1925) и «Утопический этатизм евразийцев» (1927).

Из второй названых работ хотелось бы привести достаточно длинную, но очень важную для понимания цитату, которая, по-моему, довольно четко описывает проблему дугинского движения: «Я не вижу, чтобы евразийцы защищали свободу человеческого духа, которой грозят со всех сторон опасности. Они — коллективисты почти в такой же степени, как и коммунисты, как и крайние правые монархисты, они склонны признавать абсолютный примат коллектива и его господство над личностью. Человеческая личность будет принуждаться к симфоническому мышлению путем муштровки. Отсюда пафос ортодоксии в мышлении — он всегда ведь обусловлен тем, что творцом почитается коллектив, а не личность».

Я бы не написал настоящую заметку, если бы не Четвертая политическая теория. Она мне положительно нравится, особенно концепция ее альтернативности трем предыдущим полит-теориям — либерализму, коммунизму, фашизму. Но считаю, что А.Г Дугин делает ошибку, когда он по факту не оставляет ничего положительного от либерализма в Четвертой политической теории, справедливо отвергая все плохое в нем. Т.е. он «вместе с водой выплескивает и ребёнка». И это странно. Ведь на семинаре в Институте динамического консерватизма [3] в 2012 г. он еще признал (хотя с неохотой, что видно по записи), что существует положительный момент в либеральной школе, а именно ее концепция о свободе.

Считаю, что именно христианское учение об ответственной свободе, основанной на внутренней нравственности может стать одним из основ Четвертой политической теории взятой из либеральной теории модерна. Конечно, такая свобода не будет иметь ничего общего со западным индивидуализмом, поп-культурой и вседозволенностью эпохи постлиберализма и постмодернизма. Но она будет также далека от всякого (языческого по своей природе) коллективизма и тоталитаризма. Дух свободы в Четвертой политической теории чужд культу врага и культу этатизма, свойственного высказываниям А.Г. Дугина. Для лучшего пониманию роли положительных элементов либерализма в Четвертой политической теории и евразийстве (как ее национальной версии) позволяю себе отсылать читателя к моей рецензии книги «Золотой Грунд Евразия» Дмитриоса Кисудиса и моей беседы с Мартином Зелльнером, пресс-секретарем Идентаристского движения Европы.

Здесь стоит отметить тот важный момент, что между классической теорией либерализма и современными всеми известными нам российскими либералами существует большая разница. Последние являются русофобами, западниками чистой воды, также мало признающими концепцию идейного плюрализма. Именно по их вине, а также по вине олигархов и тех, кого мы именуем «либеральной башней» в Кремле, сегодня народ на дух не переносит слово «либерал».

Однако, опять же, при отбрасывании западничества (с чем полностью я согласен), и отрицательных моментов в либерализме, такое обстоятельство не должно мешать нам перенять положительные постулаты из первой политической теории, т.е. из изначального либерализма. Также, как мы и должны перенять все положительные моменты из второй (коммунизма) и третьей (национализма) политических теорий, отвергая, при этом, и их крайности и ошибки.

Примечания:

1. Дугин А.Г. «Четвертая политическая теория как идеология Новой России». 2014 г.

2. Муссолини Б.. «Речь в палате депутатов». Рим. 1927 г. Источник: Душенко К. «Цитаты из всемирной истории». Москва. 2006 г.

3. Семинар в ИДК. Москва, 8 марта 2012.

Leave a Reply

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *