евразийство, небесний град, евразия, россия, 4ПТ, Православие, Христианство

Рай в евразийстве

_ Юрий Кофнер, председатель Евразийского Движения России. Москва, 21 июля 2016 г.

«Евразийцы стремятся к созданию новой социальной эпохи. В то же время, по их упованию, эпоха эта будет эпохой веры».

Петр Савиций. 1933 г. [1]

У каждой политической теории есть свой «рай», т.е. свой общественно-политический идеал, ради достижения которого последователи данной идеологии жертвуют своим временем, деньгами, жизнью…

В данном очерке я буду пользоваться систематизацией, подразделающей полит-философский ланшафт в четыре политические теории: либерализм, коммунизм, консерватизм и новую Четвертую политическую теорию.

«Рай», т.е. общественно-политический идеал в каждой теории олицетворяет определенную временную категорию, а также вызывает определенные связанные с ней ассоциации. Кроме того, так как три политические теории модерна — либерализм, коммунизм и консерватизм (национализм) — представляют собой светские смысловые надстройки над христианским учением о свободе, равенстве и братстве [2], в своем кратком анализе я укажу на христианские прообразы общественно-политических идеалов в указанных четырех политических теориях.

Консерватизм

Консерваторы призывают общество вернуться к прошлому. Для них важно сохранить и-или восстановить старые обычаи и традиции своей культуры и истории. У консерваторов перед глазами мерцает некий «золотой век», давно ушедший, но они хотели бы восстановить его. Консерватизм по определению российского ученого Сергея Черняховского является контрмодерном [3], т.е. выступает против ухода от традиционных ценностей, против универсализма и против слепую веру в исторический прогресс, —  явления присущие мышлению модерна. «Против современного мира» Ю. Эвола [4] — один из любимых лозунгов многих консерваторов. По своей тяге к обычаям, учениям и героям прошлого, консерватизм можно условно представить как метафизическое выражение учений Ветхого завета. Наиболее «пред-христианскую» и скорее даже языческую версию консерватизма мы находим в доктринах фашизма и национал-социализма. К плюсам консервативного общественно-политического идеала стоит отнести то, что он достаточно понятен, так как «идеальный» период или институт к которому консерваторы призывают вернуться, или, которого они хотят сохранить, уже существовал в истории (на него можно ссылаться). Консервативные движения часто показывают привлекательную эстетику и стиль, полученные путем соединения достижений традиционного искусства со современными носителями для их выражения (например, футболки с принтами Жанной Дарк). Наибольший минус консерватизма в том, что почитаемый идеал излишне мифологизируется (то, что хотят достичь, никогда не может таким, как оно было, и то что якобы было, на самом деле не было таким уж привлекательным, как представляется). Консерватизм отдает ностальгией, и поэтому в своей привлекательности для молодежи всегда будет уступать левым течениям.

Коммунизм

Коммунизм обращен на будущее. Для рабочего класса он хочет построить идеальный материальный рай. По мнению коммунистов этот рай в силу линейности исторического процесса не существовал раньше, но после разрушения буржуазно-капиталистической системы он станет неизбежным в будущем. На обломках старого традиционного мира коммунисты хотят построить новую социальную утопию. Коммунизм представляет собой сверхмодерн — соединение рациональности просвещения с квази-религиозным убеждением в сакральность собственной миссии. Поэтому не случайно русские эмигрантские мыслители узрели в коммунизме извращенную форму исполнения Нового завета, с Лениным в качестве (лже-)мессии и с революционерами в роли учеников и великомучеников новой атеистической «веры» [5]. Сильная сторона коммунистического идеала заключается в его революционном и социально-освободитлеьном пафосе, особенно привлекательным для молодежи. А слабость в его крайней утопичности, и, конечно, квази-религиозном богоборчестве.

Либерализм

В отличие от консерватизма и коммунизма, либерализм живет настоящим. Он хочет свободной (к сожалению, чаще всего в понимании «свободы от»), удобной и сытой жизни для индивидуума здесь и сейчас. Немного утрируя, можно сказать, что общественно-политический идеал либералов напоминает инферно из «Божественной комедии» Данте [6] и «Потерянного рая» Джона Мильтона [7]. Представляя собой де-сакрализацию мира от духовных основ Христианства, либерализм, возникающий в период европейского просвещения, олицетворяет суть эпохи модерна. Явным преимуществом общественно-политической модели либерализма является то, что она простая, понятная, привлекательная и наиболее реалистическая в воплощении. Главный недостаток либерализма в том, что он чаще всего отрицает абсолютные ценности, и от того ему свойственны гедонизм и индивидуализм.

Четвертая политическая теория

Евразийство, как Четвертая политическая теория, пытается взять лучшие элементы их трех предыдущих политических теорий, отошедших от «священного» в период модерна. В противоположность сатаническим ужасам наступившей эры постмодерна, евразийство пытается снова оправдать и озарить эти элементы светом абсолютных ценностей традиционных религий. Для евразийцев в реализации этого идеала открывается новая эра т.н. неомодерна, потому что он должен приходить на смену модерну и быть альтернативой постмодерну. Евразийство видит свой общественно-политически идеал как соединение и одновременно преодоление трех вышеназванных временных категорий: «прошлого» в консерватизме, «настоящего» в либерализме и «будущего» в коммунизме. А что не имеет ни альфи, ни омеги?, т.е. существовало в прошлом, существует в настоящем и будет существовать в будущем? Вечное! Общественно-политический идеал евразийства основывается на вечном. Реальным выражением этого озарения современной политической мысли ценностями традиционных религий евразийцы понимают как ведение праведной жизни, обращенной к Богу – как в личной сфере, так как на большом политическом пространстве. Ведя праведный образ жизни и корректируя политические теории и социально-хозяйственные концепции согласно канонам традиционных религий, евразийцы пытаются (в переносном смысле, т.е. внутренне) достичь «Небесный Иерусалим». [8] Наиболее ранней предтечей выработки подобного общественно-политического идеала мы видим в «О граде Божьем» богослова Аврелия Августина. В наше время наиболее полно этот идеал был описан евразийскими правоведами М.В. Шахматовым и Н.Н. Алексеевым в их трудах о «Государстве правды».  [9]

Примечания:

  1. Савиций П.Н. Евразийство как исторический замысел. «Przegląd Spoldzielczy». № 135-136. 1933 г. // http://eurasian-movement.ru/archives/3939
  2. Кофнер Ю.Ю. Евразийство и идентичность. Часть 1. Москва, 28 июня 2016 г. // http://eurasian-movement.ru/archives/17318
  3. Черняховский С. Традиция, модерн и сверхмодерн.  6 июня 2016 г. // http://eurasian-movement.ru/archives/20694
  4. итал. Julius Evola. Rivolta contro il mondo moderno. Milano, 1934. 
  5. Бердяев Н.А. Филсофия неравенства. Берлин, 1923 г.
  6. Данте А. Божественная комедия. Дата первой публикации — 1555 г. // https://ru.wikipedia.org/Божественная_комедия
  7. англ. John Milton. Paradise Lost. London. 1667.
  8. Св. Августин А. О граде Божьем (лат. De Civitate Dei). Гиипо, 427 г. // https://ru.wikipedia.org/wiki/О_граде_Божьем. А также: нем. Marcus Llanque. Geschichte der Politischen Ideen. München, 2012.
  9. Шахматов М.В. Государство правды (опыт по истории древнерусских политических идей). Евразийский временник. Берлин, 1925 г.

Leave a Reply

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *