%d1%8d%d0%bb%d0%b5%d0%bc%d0%b5%d0%bd%d1%82%d1%8b-%d1%85%d1%80%d0%b0%d0%bc-%d0%b2%d1%81%d0%b5%d1%85-%d1%80%d0%b5%d0%bb%d0%b8%d0%b3%d0%b8%d0%b9

Евразийские ценности в аспекте права и морали

_ Карлгаш Карабаева, к. философских н., старший преподаватель кафедры общих правовых дисциплин и политологии Оренбургского государственного университета. Журнал “Евразийский перекресток”. №1. Оренбург, 2015 г.

Состояние современности можно определить как начало новой эпохи в жизни человечества. Мировое сообщество включено в новую реальность, в которой, с одной стороны, выделяется стремление к глобальной коммуникации и культурному взаимодействию, а с другой – происходит столкновение интересов в политической, культурной, религиозной сферах. Глобализационные процессы, имеющие различные грани своего существования, влияют на условия жизни современных государств и заставляют обратиться к поиску новой мировоззренческой основы. Как справедливо отмечает российский исследователь В.С. Степин: «Сегодня одной из важнейших задач социально-гуманитарного анализа становится исследование современных изменений в культурах, формирования в них точек роста новых ценностей как условие выхода из глобальных кризисов. На этой основе возникают и новые аспекты диалога культур, его нацеленность на выработку новых мировоззренческих смыслов, которые могут быть восприняты различными культурами и обеспечить устойчивое развитие человечества при сохранении его культурного многообразия» [4].

Идея о необходимости сохранения культурного многообразия является эстетически притягательной для многоконфессиональных государств, в реализации, которой требуется государственная политика, направленная на закрепление приоритета защиты права народов на самоопределение; создание условий для широкого распространения юридических знаний и повышения уровня правовой культуры населения; постоянное улучшение качества образования; обеспечение гарантий социальной защиты человека. Не обращение должного внимания на данные направления государственной политики представляет собой угрозу для благополучного современного существования человека, общества и государства. Как замечает заместитель министра иностранных дел РФ Г.М. Гатилов: «На протяжении веков в нашей стране проживали рядом друг с другом представители разных народов. Мы отдаем себе отчет в том, к чему может привести неблагоприятное развитие ситуации в других регионах мира. Все, что там происходит в религиозном и культурном плане, отражается и на нашей жизни. Поэтому укрепление принципов морали в политике, учет специфики различных культур, являются  приоритетами российской дипломатии» [4]. Деятельность, направленная на становление единых ценностных основ сосуществования современных народов, наций и этносов, должна стать приоритетной для государств, международных объединений, общественных организаций, политических лидеров.

Обращаясь к теме евразийских ценностей, следует отметить, их потенциальную силу мировоззренческого характера, как для отдельного государства, так и для объединения государств. Созидание евразийских ценностей является важнейшей предпосылкой для сохранения человеческого достоинства; определения равновесия права народов на самоопределение, с одной стороны, и государственных и межгосударственных интересов – с другой.

Одной из главных задач диалога культур является создание единого духовного пространства, необходимого для взаимопонимания, взаимоуважения и сосуществования различных культур. Единые мировоззренческие универсалии необходимы и для дальнейшего развития современных государств в рамках становления гражданского общества и открытого культурного диалога. В свете глобализационных процессов назрела необходимость выработать наднациональные ценности, универсального мировоззренческого характера. В данном отношении выделяется значение, для современной реальности, евразийских ценностей, которые имеют этико-правовую основу. Они становятся фундаментом для переосмысления человеческого поведения, трансформации сознания личности и общественного сознания, способствуют повышению уровня правовой и общей культуры человека, определяют политику современных государств.

Евразийские ценности обращаются к ценностям нормативной этики, в центре которой выделяются диалектика добра и зла, а также базовые категории: свободы и ответственности, справедливости и долга, чести и достоинства человека и др. Евразийские ценности, соприкасаясь с глубинными основами человеческого существования, с одной стороны, затрагивают моральное содержание личности человека, а с другой – имеют надличностный, наднациональный, надгосударственный характер, затрагивая сферу права. Современный исследователь Коломиец Г.Г., рассматривая категорию достоинства человека, выделяет следующую мысль: «Если в нормативной этике базовой ценностью человеческого достоинства являлось долженствование, связанное с осознание того, что гарантом нравственного закона выступает высшее благо, а в ненормативной этике XIX – начала XX в.в. этика человеческого достоинства приобрела психологический аспект в границах того же долженствования, то современное понимание достоинства человека требует выхода на человека творческого, творящего науку и искусство, самого себя и «мультикультурное» пространство и вместе с тем ответственного, осознающего свою принадлежность к сложным саморазвивающимся системам» [6].

Евразийские ценности, закрепляя идею единства в культурном многообразии в аспекте всеобщего блага, определяют ценность достоинства человека, органично существующего в национальном, общественном, государственном пространствах. Так, например, следует отметить, что национальная принадлежность является естественной основой существования  человека. По мнению известного современного исследователя в сфере этики А.А. Гусейнова: «Национальная принадлежность совпадает с личностным ядром человека, человеческим достоинством и, следовательно, национальные чувства требуют предельно чуткого, уважительного отношения» [4]. Кроме того, согласно взглядам А.А. Гусейнова: «Среди множества подходов и оттенков в понимании нации два являются наиболее обсуждаемыми. С одной стороны, нация рассматривается как некая исторически сложившаяся общность, которая выстраивается в ряд: племя, народность, нация, характеризуется общностью исторических судеб, культуры, языка, психологического строя. Согласно этой концепции каждая нация стремиться политически оформиться в государство, она стремиться к суверенитету. С другой стороны, нация на основе обобщения опыта национального развития, прежде всего европейского, интерпретируется как некий политический конструкт, следствие и выражение, фиксация государственной общности. В соответствии со вторым подходом национальная принадлежность оказывается синонимом государственной принадлежности» [4]. Евразийское ценностное определение категории достоинства человека наполняется наднациональным содержанием с сохранением онтологических характеристик личностного ядра человека.

Евразийские ценности имеют также правовую основу, выражаемую значимостью правовых ценностей: свободы, справедливости, прав и свобод человека, социального прогресса, правопорядка. Наиболее существенное предназначение евразийских ценностей в аспекте права – это развитие культа мира, имеющего международное значение. Международная жизнь должна регулироваться нормами права, морали, этики. Таким образом, социальные нормы в свете евразийских ценностей приобретают важное юридическое значение в аспекте ценности содружества народов, наций, государств. Так, согласно мнению Судьи Конституционного Суда РФ Г.А. Гаджиева: «Когда политическое пространство соприкасается с пространством права, оно не должно действовать, руководствуясь принципом эскобарства (цель оправдывает средства – примеч. К.Д.). Политическое пространство должно быть пронизано идеями этики. Руководствуясь реальной политикой, как конституционной, так и правовой, нельзя забывать о том, что конституционно- правовая этика – это ядро и политики, и права» [4].

Евразийские ценности, являясь основой для переосмысления человеческого существования, способны наполнить новым ценностным содержанием современное общественное сознание. Общественное сознание является многокачественным явлением, важными его формами выступают: мораль, право, политика, наука, искусство, религия и т.д. Каждая, из которых находится во взаимодействии с другими формами, сохраняя при этом свои предметные особенности. Так, например, В.С. Барулин выделяет следующее: «общественное сознание отражает богатство общественной жизни. Если обыденное сознание, общественная психология, идеология, теоретическое сознание отличаются, прежде всего, по уровню отражения, способу существования, социальным функциям и т.д., то основной критерий форм общественного сознания содержательный» [2].

В русле актуализации евразийских ценностей следует обратиться к вопросу взаимосвязи права и морали. Известным является то, что мораль пронизывает все сферы общественной жизни, создавая моральные отношения, которые определяются как «особый вид общественных отношений, представляющих собой совокупность зависимостей и связей, возникающие у людей в процессе их нравственной деятельности» [9]. Сознание моральное является отражением социального бытия людей и рассматривает явления и поступки не с точки зрения их причинной обусловленности, а с точки зрения их моральной ценности. В содержание понятия «моральные ценности» включают, во-первых, нравственное значение, достоинство личности (группы лиц, коллектива) и ее поступков или нравственные характеристики общественных институтов; во-вторых, ценностные представления, относящиеся к области морального сознания, – моральные нормы, принципы, идеалы, понятия добра и зла, справедливости, счастья [9].

В идеальном аспекте нравственная основа общества составляет ее духовный фундамент, позволяющий каждому ее члену свободно и достойно самореализоваться, созидать новое на благо будущего народа, государства, человечества. Нравственность в некотором смысле определяет процесс человеческого самовосставления общества в целом. Индивидуальная нравственность существует в условиях общественной (т.е. в системе идей, взглядов, норм, представлений, традиций, имеющих надличностный, не персонифицированный характер). Индивидуальная нравственность во многом зависит от содержательных смыслов общественной нравственности, на которую прямое воздействие оказывают историческое прошлое народа, нации, государства, а также современное состояние национального права, политики, культуры, религии, образования, и т.д. Кроме того еще более сильное влияние, на наш взгляд, оказывает существующая система международных отношений, включая международное право, политику, идеологию.

Право и мораль универсальны в том отношении, что адресуются всем членам общества и призваны выражать интересы большинства людей, имеющих общий взгляд на общественное и государственное устройство. Потенциальная сила права кроется в существовании в общественном сознании добровольного принятия установленных правовых норм, в которых находят свое отражение нравственные ценности. Моральное содержание в некотором смысле «оживляет» право и придает ему действенный характер.

Однако в настоящее время одной и самых сложных проблем в сфере права является возрастание правового нигилизма. Так, например, профессор Э.Л. Садыкова связывает «проблему правового нигилизма с ценностным вакуумом, который сегодня образовался в российском обществе» [4]. В этой связи следует отметить то обстоятельство, что все социальные сферы связаны между собой, неблагополучие и проблемы в одной сфере неизбежно отражаются или становятся причиной негативных явлений в другой. Академик Запесоцкий А.С. справедливо отмечает: «Не существует проблем только юридических, или только экономических, или только проблем культуры и нравственности. Мы должны анализировать и культурный аспект, и ментальность, и юридический аспект, и т.д.» [4].

Духовная сфера жизни общества тесно связана с функционированием специализированных социальных институтов, оказывающих влияние на содержание общественного сознания, культуру, поведение человека. В данном отношении велико значение СМИ, которые играют ключевую роль в формировании современных представлений о мире, человеке, государстве и т.д. По справедливому замечанию исследователя в сфере психологии профессора Ю.П. Зинченко: «СМИ превращаются в ключевой системообразующий фактор всего духовно-нравственного пространства страны, влияющий на формирование картины мира, систему ценностей, интересов и установок, культуры речи и бытового поведения. В настоящее время наблюдается англосаксонская доминанта в международном информационном пространстве» [4]. Роль СМИ в актуализации евразийских ценностей, трансляции цивилизационного равенства культур, формировании евразийского пространства является существенной. Говоря о цивилизационном равенстве культур нельзя смешивать это понятие с понятием юридического равенства, предполагающего равенство субъектов права. [4]. Основываясь на идеи о том, что каждая культура имеет свою логику существования, исключая понятия лучшая или худшая культура, возникает необходимость признания единого цивилизационного пространства, которое априори предполагает цивилизационное равенство культур, существующих в данном пространстве.

Евразийские ценности имеют мировоззренческую основу, способную определить направления дальнейшего развития государств, близких в культурно-историческом аспекте. Поэтому предстоит творчески созидать евразийскую реальность, закрепляющую приоритет интересов человека, государственной целостности, свободы развития межгосударственных отношений на основе соблюдения норм и принципов международного права.

Впервые идеи о необходимости становления евразийского мировоззрения прозвучали в среде российских эмигрантов, оказавшихся за пределами страны после революции 1917 г. Идейными основателями евразийского движения стали Н.С. Трубецкой, П.Н. Савицкий, Г.В. Флоровский, П.П. Сувчинский. В 1923 году к ним присоединился философ Л.П. Карсавин. В августе 1921 года в г. Софии вышла в свет коллективная монография под общим названием «Исход к Востоку. Предчувствия и свершения. Утверждение евразийцев». Сами евразийцы определяют себя как особое идейное объединение. Так, например, Н.Н. Алексеев пишет: «Мы являемся объединением идеологическим и всегда себя опознаем, как таковое объединение. У нас имеется не только программа, нас объединяет доктрина, совокупность догм, целое миросозерцание, целая философия» [1].

Понятие «евразийство» на современном этапе гуманитарного знания трактуется и раскрывается в различных аспектах. Во-первых, «евразийство» представлено как геополитическое учение, содержание которого выражает идея географической особенности «срединной части» Евразии, при этом выделяется общность исторических судеб населяющих ее народов, имеющих единое экономико-политическое будущее (А.А. Грицанов) [3]. Во-вторых, определение евразийства предстает в культурологическом аспекте, где решающую роль играет идея России как особого культурного мира, синтезирующего духовные основы Западного и Восточного миров  (В.А. Кондрашов) [7, с. 224]. В-третьих, существует идея о том, что евразийство – это особого рода течение, которое не принадлежит ни историческим, ни философским, ни политическим направлениям, а являет собой полидисциплинарное течение, сформированное представителями разных научных сфер (Г.В. Жданова) [5,]. В-четвертых, «евразийство» трактуется как идейно-философское направление и общественно-политическое учение, соединяющее три различные мировоззренческие установки, разработанные П.Н. Савицким, Н.С. Трубецким, Г.В. Флоровским, а также выделяется идея доминирования особого евразийского учения, имеющего глубокие связи с традициями русской религиозно-философской мысли (В.П. Кошарный, М.А. Маслин, А.В. Соболев) [8].

Евразийцами были созданы научные работы, посвященные философии, географии, истории отечества, этнической истории народов, музыкальной тематике, отличающиеся высоким научным уровнем. Это объясняется тем, что участники евразийского движения, как основатели, так и их последователи, были выдающиеся российские ученые конца XIX середины ХХ века. Среди них помимо главных идейных основателей выделяются: Г.В. Вернадский – историк и геополитик; Н.Н. Алексеев – правовед, политолог, историк; А.С. Лурье – композитор и музыкальный критик; В.Н. Ильин – историк культуры, богослов; первоначально к евразийцам примыкал и П.М. Бицилли – историк и философ культуры, литературовед.

Особенно привлекателен новаторский и преобразовательный характер феномена евразийства, который остается актуальным для современной действительности. В качестве необходимого основания будущего государства евразийцами выделяется общность культурно-исторического наследия народов России-Евразии. При этом содержание понятия «народ» евразийцы определяют расширительно. Так, историк и правовед Н.Н. Алексеев подчеркивает: «Мы считаем «народом» или «нацией» не какой-нибудь случайный отбор граждан, удовлетворяющих условиям всеобщего избирательного права, но совокупность исторических поколений, прошедших, настоящих и будущих, образующих оформленное государством единство культуры» [1].

Философия евразийства является актуальной попыткой переосмысления прошлого и настоящего России, своеобразным прочтением российского культурно-исторического развития. Для современной действительности евразийская модель российской государственности, как нам представляется, имеет потенциальную политическую и эстетическую основу.

Обращая внимание на то, что современное существование человека, общества и государства происходит в условиях глобализации и характеризуется взаимозависимостью, сближением человеческого сообщества в различных сферах экономики, политики, права, науки, существует необходимость проведения государственной внешней политики, способной обеспечить будущее сосуществование евразийских народов в рамках единой открытой коммуникативной реальности. На сегодняшний день признанным является тот факт, что именно партнерство цивилизаций и культур является высшей формой сотрудничества при решении глобальных проблем. Как отмечает британский благотворительный деятель Майкл, финансирующий общественно полезные проекты в областях культуры, сохранения исторического и культурного  наследия, здравоохранения, образования в России: «В решение проблем глобализации большой вклад может внести культура. Мы должны строить отношения, основанные на взаимном понимании, учитывая культурное многообразие. В качестве иллюстрации этого тезиса можно упомянуть организации, которые работают в области общественных связей: они изучают личность с разных сторон и делают выводы, что на человеческую личность оказывают влияние образование и культура» [4].

В то же время интегративные процессы глобализации конца XX – начала XXI века, как отмечают многие современные философы, сопровождаются кризисом современной техногенной цивилизации, вызвавшей экологический и антропологический кризисы. В результате этого существует проблема перехода от техногенной цивилизации к гуманистической, сопровождающейся глобализационным поиском новой культурной идентичности человека. Известная теория мультикультурализма о необходимости достижения человечеством единства в многообразии существующих культур, по заявлению современных философов, культурологов, политиков, в практической действительности испытывает кризисные явления. По мнению доктора философских наук А.Я. Флиера : «В мультикультурном государстве фактически утрачивается культурное единство общества, а ведь оно нужно не только ради гуманитарных идей, это важнейший инструмент социальной самоорганизации общества. А мультикультурное общество, где нет единых обычаев, неизбежно быстро превратиться в полицейское государство» [4]. Исследователь глобализационных процессов профессор А.Н. Чумаков подчеркивает: «Попытки межкультурного диалога и то, что в Европе культурализм буквально терпит поражение, не учитывают разный уровень цивилизационного развития людей. Говоря о цивилизации, мы имеем ввиду культурные отношения. Говоря о цивилизации, мы говорим о культуре отношений. Каждый из нас, каждая социальная общность и государство – это культура цивилизационной системы, а это означает, что культура – это внутренняя характеристика и внутреннее содержание, а цивилизация — внешняя» [4].

Сущностная характеристика и потенциальное предназначение теории мультикультурализма содержательно раскрывается академиком А.Н. Нысанбаевым: «Мультикультурализм призван преобразовать поле культурной, политической, социально-статусной и прочей этнической конкуренции в пространство сотрудничества, диалога, полифонии. Мультикультурализм в обязательном порядке должен сопровождаться интеграционными процессами. Вместе с тем в политической практике и гуманитарном дискурсе распространенной является интерпретация мультикультурализма, разрушающая само его основание. Мировой опыт реализации моделей мультикультурализма доказывает, что политика привилегий для меньшинств (этнических, конфессиональных, языковых и т.п.) не решает тех исходных задач, ради которых эти шаги предпринимались. Наоборот подобная эксклюзивность лишь провоцирует напряжение и фрагментацию современных полиэтнических сообществ, препятствует их интеграции в политические нации» [4].

На фоне существующих глобализационных процессов, в реализации государственной политики, направленной на развитие дружественных  межгосударственных отношений, доминирующее значение имеет право и мораль. Право, выполняя функции охраны общественных отношений и защиты законных интересов человека способно обеспечить правовую основу для развития конкурентоспособного государства на международном уровне. По справедливому замечанию заслуженного юриста Российской Федерации Г.М. Резника, право – это «единственный инструмент, который позволяет выстроить консенсус, когда люди одной страны образуют политически единую нацию, живущую по общим для всех законам» [6]. Право обладает возможностью закрепить естественное единство людей, которое определяется ценностью единого происхождения от человеческого рода.

Евразийская модель государственности и межгосударственных отношений, развиваемая на основе становления универсального евразийского мировоззрения, способна стать вектором дальнейшего взаимодействия культур с выделением ценности симфонического единства народных субъектов на евразийском пространстве. Поэтому в евразийстве для современной действительности особую значимость приобретают евразийские ценности, которые могут стать основой для перехода от либеральных идей потребительского общества к идее наднациональных ценностей, необходимых глобализирующемуся миру, взывающего к мировоззренческим переменам.

Примечания:

  1. Алексеев, Н.Н. Евразийцы и государство / Н.Н. Алексеев // Евразийская хроника. – 1927. – Вып. 9. – С. 150-180
  2. Барулин, В.С. Социальная философия: Ч.1 / В.С. Барулин – М. Изд-во МГУ, 1993.
  3. Грицанов, А.А. Евразийство. / А.А. Грицанов // Новейший философский словарь / Сост. А.А. Грицанов. – Минск: Издательство В.М. Скакун, 1998. – С. 232.
  4. Диалог культур в условиях глобализации: XII Международные Лихачевские научные чтения, 17-18 мая 2012 г. Т.2: Материалы. – СПб.: СПбГУП, 2012. – 212с.
  5. Жданова, Г.В. Историософия евразийцев в современных публикациях / Г.В. Жданова // История мысли. Русская мыслительная традиция. – М., 2003. Вып. 2.
  6. Коломиец, Г.Г. К проблеме человеческого достоинства в стратегии диалога культур / Г.Г. Коломиец // «Образ России в кросскультурной перспективе», материалы международной научной конференции, 13 апреля 2012 г. / под общ. ред. Н.Г. Багдасарьян, отв. ред. Н.Е. Мельникова. – Дубна: Междунар. ун-т природы, общества и человека «Дубна», 2012 С. 58 – 63.
  7. Кондрашов, В.А. Евразийство / В.А. Кондрашов // Новейший философский словарь – Ростов на Дону: «Феникс», 2005. С. 224-225
  8. Кошарный, В.П. Евразийство / В.П. Кошарный // Русская философия: Энциклопедия под ред. М.А. Маслина. – М.: Алгоритм, 2007. – С. 165-166
  9. Словарь по этике / под ред. И.С Кона. М.: ПОЛИТИЗДАТ, 1975.

Leave a Reply

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *