Платон – первый евразиец

_ Ян Калиш, ЕДРФ. Финансовый университет при Правительстве РФ. Доклад был представлен на круглом столе «Идеократия: как не допустить фашизма в евразийстве», прошедшем в  Москва в феврале 2013 г.

Постойте, что за глупости? О каком евразийстве может идти речь в связи со знаменитым античным отцом философии? То есть континент, на котором довелось родиться, жить и умереть Платону – это, безусловно, Евразия. Однако евразийство возникло более чем через 2000 лет после его смерти, так что совершенно нелепо утверждать…или… все же стоит присмотреться, точнее, причитаться и можно обнаружить нечто неожиданное?

Увлечение мое Платоном завершилось несколько лет назад, однако, попробую освежить в памяти наиболее интересные его идеи.

Начнем, пожалуй, с очевидного – идеи. На мой взгляд, мир идей – это самое прекрасное, что создал выдающийся ум Платона. Этот неосязаемый, эфемерный мир вызывает благоговение, заставляет всегда искать чего-то большего, чем поверхностная поволока вещей, дарит надежду. При том его нерушимая и непосредственная связь с нашим материальным миром позволяет ощутить в каждом соприкосновении с любой частицей бытия сопричастность к чему-то божественному. Поистине античная философия – это поэзия мудрости. Идея Платона – это первооснова всякой вещи, одновременно с этим мир идей изобилует объектами, которых нет в нашем мире. Условно можно назвать их абстракциями, через которые человеческий ум зачастую познает объекты мира материального.

Как вы помните, мир идей Платона имел некую организацию. Все идеи совершенны и абсолютны, здесь можно говорить о платоновском плюрализме, который был свойственен всем его суждениям. Однако существует верховная идея – идея красоты и добра, постижение которой есть вершина познания. Заметили? Мы совершенно органично, витая в мире эйдосов, вдруг нырнули в самую глубь евразийской философии!

Вы уже верно поняли, что я веду речь о доктрине «идеократического государства». Действительно ведь классики евразийской философии в основу государства нового типа закладывали именно некую «идею-правительницу».

Причем подобной идеей  может стать не любая, произвольно избранная идея или система идей, а лишь та, которая имеет глубокие корни в народном сознании, является органической частью всей полиэтнической культуры.

Вот и думай теперь, то ли евразийцы были столь же очарованы идеализмом Платона, как и я, то ли провидец Платон понимал, что идея, пусть она абстрактна, пусть неосязаема, но она всегда основоположница всего великого. Изъяны идеи проявляются лишь в соприкосновении ее с материей. Представьте, идея коммунизма была превосходна, да она и сейчас заключает в себе наилучшую форму общежития людей. Но, увы, наш бренный мир, столь близко прилегающий к миру идей, отделен от него пропастью несовершенства. И реализованная идея – это всегда кончина чего-то безупречного.

Но как земля вращается вокруг ослепительной звезды, так и человечеству необходима идея, как нечто недостижимое и сияющее своим бескомпромиссным совершенством. Лишь такая идея способна дарить людям надежду, придавать смысл не только отдельным человеческим жизням, но существованию всего человечества, или хотя бы его части.

Разумеется, евразийская историософия заставляет нас оторваться от всей этой романтики и переносить дискурс в сторону естественноисторической общности евразийских народов, как основы для «идеи-правительницы». Но, на мой взгляд, даже над этой великой идеей должна сиять еще более могущественная и всеобъемлющая идея справедливости и блага как основополагающих начал любого государства.

Именно этому, кстати сказать, Платон посвятил свой самый знаменитый диалог «Государство». Именно в этом диалоге Сократ в ходе спора достигает понимания справедливости как гармонии, говоря современным языком, всех социальных групп [1]. Так не это ли один из столпов евразийской идеи?

Буквально недавно я наткнулся на статью, которая так и называлась «Феномен евразийства как поиск гармонии», в данной статье автор рассматривает евразийство непосредственно как «особую гармонизирующую силу, необходимую для преобразования несовершенной действительности» [2]. Само сознание для евразийцев – это также гармония функций мысли, духа и тела.

На этом евразийские идеи Платона не заканчиваются. Благополучие государства по Платону непосредственно обусловлено нравственным благополучием составляющих его граждан [3]. Жизнью каждого гражданина должен управлять его разум, а следовательно точно также, именно разум должен встать во главе государства. Так Платон приходит к еще одному условию построения идеального государства – это установление аристократической формы правления.

Критикуя евразийские идеи, Николай Бердяев в статье «Этатический утопизм евразийцев» писал:

«С точки зрения истории идей в идеократии вы узнаете старую утопию, изложенную в «Республике» [4] Платона. Совершенное государство Платона есть абсолютная тирания. Правящий слой, который будет носителем истинной евразийской идеологии, и должен создать республику Платоновского типа, управляемую «философами» (такими «философами» будут себя считать все евразийские молодые люди, никогда о философии не помышлявшие). У Платона была вечная и истинная аристократическая идея господства лучших, но Платоновская утопия совершенного государства, очень живучая в истории, означает подавление личности и свободы». [5]

Согласившись с действительной схожестью описанных идей, осмелюсь поспорить с тем, что стремление евразийцев должно привести к тирании. Свобода и идентичность этноса, культуры и каждой личности – это основа основ евразийской идеологии. Потому правление лучших  призвано обеспечить культурное и социальное многообразие в государстве, которое гарантирует права и свободы каждого в отдельности.

Разумеется, в данном случае, евразийцы слегка обогнали старика Платона, и за внешним сходством идей открывается развитие и усовершенствование, призванное совместить платоновскую аристократию (идеократию) с истинным и добровольным народовластием (демотией).

Бердяев желал, чтоб евразийство избавилось от соблазнов утопии, и мне верится, что этот этап уже пройден.

Разумеется, евразийская школа ушла далеко вперед по сравнению с первыми философами нашей цивилизации, однако, каждая эпоха привносит в нашу жизнь нечто вечное, не теряющее своей ценности.

Н.С. Трубецкой писал: «…ошибочно думать, будто благодаря цивилизации и всеобщей культуре, упраздняются перегородки и облегчается общение между людьми. Никакое «братство народов», купленное ценой духовного обезличивания всех народов неприемлемо, ибо когда во главу угла ставятся материальные интересы, они будут порождать только замыслы империализма и мирового господства». [6]

Потому так важно не забывать об идее, совершенной, абсолютной идее блага и справедливости. Теплым ярким огоньком эта идея передается из ладоней в ладони уже много тысяч лет, и быть может именно нам с вами суждено превратить этот затухающий огонек в мощное пламя, которое согреет многие поколения наших потомков.

Примечания:

[1] Платон. «Государство» // http://philosophy.ru/library/plato/01/0.html

[2] К.Д. Карабаева. «Феномен евразийства как поиск гармонии». «Вестник ОГУ № 4». 2009 г.

[3] Новая философская энциклопедия // http://iph.ras.ru/elib/0829.html

[4] Иной перевод названия диалога «Государство» (Я.К.)

[5] Николай Бердяев. «Утопический этатизм евразийцев». 1927 г.

[6] Трубецкой Н.С. «Вавилонская башня и смешение языков». «Мир России — Евразия: Антология». Москва. 1995 г.

Leave a Reply

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *