a223b5781f27

Христианский платонизм в евразийстве

_ Юрий Кофнер, председатель Евразийского Движения России. Москва. Апрель 2013 г.

«О Русь! В предвиденье высоком

Ты мыслью гордой занята;

Каким ты хочешь быть Востоком:

Востоком Ксеркса иль Христа?»

Владимир Соловьев.  1890 г.

В первой половине каждого года, то в апреле. то мае, все православные христиане отмечают один из двенадцати двунадесятых, самых значительных церковных праздников: праздник Вхождения Господня в Иерусалим, или Вербное воскресенье. Этот праздник отмечается ровно за неделю до Пасхи. Именно с Вхождения Господня в Иерусалим начался последний путь Иисуса Христа на земле, путь его крестных страданий.

Об этом событии рассказывают все четыре евангелиста. В Иерусалим Иисус Христос направлялся, окруженный друзьями, учениками и почитателями, для празднования еврейской Пасхи. Шел для того, чтобы исполнились все пророчества о Мессии, зная, что идет на страдания и смерть. В точности исполняя пророчества Ветхого Завета, он въезжал в город так, как там описано: на молодом ослике (это животное было эмблемой мира, в отличие от «воинственного» коня), под ликующие крики народа, который, узнав о его приезде, встречал его, как встречали в то время царей и победителей. Навстречу ему вышли толпы людей с пальмовыми ветками в руках. Их бросали на землю, выстилая ими и своими одеждами путь Иисусу. «Осанна! Благословен грядущий во Имя Господне, царь Израилев», — восклицали они. Народ готов был признать его царем земным.

Но Вербное воскресенье считается одним из самых трагических церковных праздников. Ведь восторженные жители Иерусалима ожидали от Христа политических побед, того, что он завершит римскую оккупацию, отомстит врагам народа Израилева. Находясь под римским игом, израильтяне ждали от чудотворца политического освобождения — создания для них собственного Царства кесаря. И, когда Христос не оправдал этих приземленных надежд, гнев толпы обернулся против Него.

В то время, как Иисус Христос нес им совсем другое: Царствие небесное, избавление от грехов через крестный подвиг.

Дихотомический спор (1) о противоположности между Царствием небесным и Царствием кесаря проходит красной нитью через всю историю русской социальной мысли. Он также является одним из основных водоразделов в учении о государстве у евразийцев. Причем, видение евразийцами идеального государства со временем изменилось. Но выявление сути евразийского этатизма осложняется не только своей определенной трансформацией, которую она прошла, но еще и свойственной евразийству двоякостью мышления.

С одной стороны евразийцы выступают за сильное централизованное государство, которому они приписывают положительное организующее начало в общественной жизни. Все в государственной системе определяется верховной «идей-правительницей», от чего евразийское государство именуется идекоратией (2). В зависимости от точки зрения и собственных убеждений идеократии могут быть приписаны черты фашистского государства (вождь, духовная аристократия, однопартийность, осуждение парламентаризма, контроль СМИ и т.д.), но могут и нет. Все зависит от интерпретации и цели. Однако, не зря ученные, изучающие евразийство, подчеркивают сильное влияние платнонизма и неоплатонизма на евразийский этатизм. Особенно ярко платоническое мировоззрение проявляется в трудах князя Н.С. Трубецкого —  «О государственном строе и форме правления», правоведа Н.Н. Алексеева — «Евразийцы и государство», геополитика П.Н. Савицкого —  «О внепартийности». Все они были опубликованы в 1927 году. В частности, на эту особенность обратил внимание великий русский мыслитель Николай Бердяев, чьей главный труд в критики евразийства называется подходящим образом  — «Утопический этатизм евразийцев» (1927).

С другой стороны евразийцы хотят, чтобы их государство было народным. Истинно народным. Для этой цели Алексеев и другие  евразийцы предложили воспользоваться и продолжить, после взятия ими власти, систему выборных советов, существующую в СОВЕТСКОМ Союзе — для представления интересов народных масс. При этом они знали, что в СССР всем на самом деле заправляла коммунистическая партия, и поэтому они клятвенно обещали вернуть власть именно выборным депутатам советов.  Этот вид демократии без политических партий они называли «демотией». (3).

Так что? Идеальное евразийское государство — это абсолютная платоновская «тирания» или демократический «рай» Перикла? Не то и не другое. Слава Богу многие евразийцы, и впереди всех Алексеев, пришли в конце концов к выводу, что на земле идеального государства не может быть в принципе. Царство идеальное бывает только небесное.

Евразийство есть движение освободительное. Оно стремиться к полноценной эмансипации народов мусульманских и буддистских Евразии, да всего мира. (4) При этом важно подчеркнуть, что душой евразийского учения является мировоззрение православное. Православная мысль в своей истории, как и учения других великих ветвей Христианства, прошла несколько этапов своего развития. Из них я могу выделить трое, двое которых тесно связаны с Россией: византийский период (IV-XII века), московский период (XV-XVI века) и период расцвета русской социальной философии (середина XIX — первая половина ХХ веков). Так вот, русская философская мысль есть прямое продолжение нравственных установок Восточного Христианства.

Центральное место в русской христианско-социальной мысли, в том числе и в евразийстве, занимают взаимосвязанные вопросы личности, свободы, власти и нравственного выбора. Не желая перекладывать на эти страницы строки и строки множества статьей русских мыслителей скажу основное. Евразийское государство в своем приближении к небесному идеалу есть соборная община, которая противоположена одновременно либеральному обществу атомизированных индивидуумов и фашистской машине безликого коллектива. Для евразийцев общество состоит из личностей, и наоборот, общество образует личность. Петр Савиций дал этому диалектическому явлению даже специальное название — евразийское общество есть для него «симфоническая личность». «Соборность, в противоположность коллективизму, не пригнетает, но утверждает личность; и чрез нее раскрывает некоторое общее (общественное) начало» — еще раз подчеркивает он в своей работе «Хозяин и хозяйство» (1927).

Принципиально важно в этой модели то, что личность не должна вырождаться в эгоистический индивидуум, разрушая таким образом общество. Примеры, где такое происходит мы видим в современном социуме США, Западной Европы, некоторых городов России. С другой стороны общество не должно проглотить личность, растворить его в себе ради достижения какой бы то не было «великой идеи», как это было при Сталине или наблюдается в современной Северной Корее. Утопический коммунизм и фашизм, подавляющие свободу и личностное начало в обществе, есть ни что иное, как самодовольная попытка внешнего построения Царствия небесного на земле, т.е. на самом деле конец Света и приход антихриста. Не зря мудрая народная пословица гласит — «добрыми намерениями проложен путь в ад». Вот суть старого платонического подхода к государству. И этому соблазну — построить «рай на земле» орудием государства — частично подались и евразийцы. И никто иной выразил эти опасения лучше, чем Н.А. Бердяев в своей вышеупомянутой работе:

«Государство имеет свою миссию на земле, и Христианство освящает начало власти. Но государство всегда не адекватно, всегда греховно и в нем всегда возможно торжество царства зверя…. С точки зрения истории идей в идеократии вы узнаете старую утопию, изложенную в «Республике» Платона. Совершенное государство Платона есть абсолютная тирания… Опыт русского коммунизма научает нас тому, что стремление к совершенному государству, организующему всю жизнь, есть нечестивое и безбожное стремление… Диктатура партии или правящего слоя, который будет носителем истинной идеологии, скопирована евразийцами у коммунистов. Но диктатура партии много горше диктатуры одного лица… Крайний этатизм евразийцев приводит их к своеобразной утопии идеальной диктатуры. В действительности же это есть лишь отражение настроений сегодняшнего дня… Царство Божье не может иметь формы государства. Нужно всеми силами стремиться к христианизации государства изнутри, через христианизацию общества и народа».

Многие евразийцы подались язычески-платоновскому соблазну. Но не все. Озаренные светом Христа, вовремя многие евразийцы поняли, и впереди всех Алексеев, что рай на земле возможно строить, но не через институты, а через человеческие сердца. Новое стремление к Божественному идеалу через внутреннее духовное саморазвитие каждого человека, каждой личности, и есть важнейшая черта христианского платонизма. Таким образом евразийцы продолжают традицию титанов русской социальной мысли, таких как — В.С. Соловьев, П.А. Флоренский, С.Н. Булгаков и др. Свою задачу они видят в преодолении крайностей платонизма, очищении его от язычества и примирении христианской веры с откорректированным платоническим миропониманием. Они принимают его основную интуицию первенства небесного мира над земным и связи между этими мирами, с укорененностью земного в небесном.

К концу своей жизни Николай Алексеев признал: «единственный, подлинный и совершенный путь к идеалу — свободное внутреннее обновление людей и внутреннее осознание их общей друг за друга ответственности…». (5)

Евразийское государство есть синтез между платоновским стремлением к абсолюту и христианской близостью к нуждам свободного творческого человека. Оттого евразийское государство можно называть смешанным, т.е. сочетающим в себе начала «эйдократические» (6) и «демотийные», а евразийский этатизм — умеренным. Ему свойственны следующие принципы:

1. Соборность — общество (государство) состоит из свободных и нравственных личностей, каждый из которых осознает необходимость  служения общему делу. Все личности совместно образуют высшую «симфоническую личность», т.е. гармоничное общество. Евразийское государство есть монастырь, соборное хозяйство.

2. «Ответственная» или «положительная» свобода — каждый человек имеет врожденную, Богом-данную свободу. Однако, он добровольно решает использовать свою свободу не для разрушения и разложения, а на благие дела. Обеспечение такой свободы возможно только при высоком уровне образования и нравственности всех членов общества. Как мы знаем, современная воспитательная система в Российской Федерация сейчас идет обратным путем: по примеру Великобритании и США она сознательно деградирует народные массы и заранее сегрегирует российский социум в малочисленную управленческую элиту и легко управляемое быдло.

3. «Подвиг власти» —  правитель, высокопоставленный чиновник, да вообще любой, кто имеет ту или иную власть над подчиненными, ощущает ее не как привилегию (как это происходит сейчас), а как ответственность и постоянный подвиг храбрости, труда и мудрости. Земная власть не есть благо, а обязанность, тяжелый крест, который, однако, нужно носить со всей решимостью. Центральными категориями здесь становятся любовь и милосердие, а главной задачей такого правителя — построение «истинного, праведного государства».

К чему нас евразийцев учит праздник Вербного воскресенья? Он учит нас о том, что есть главное в жизни, к чему мы должны стремиться, что обещать себе и другим. Тогда, как и сейчас, наша страна находится под игом чужой империи. Тогда это был Рим, сейчас — это Вашингтон. Пусть нынешний гнет есть культурно-экономический, но тем не менее он гнет есть. Только самый безнадежный оптимист не видит, или не хочет видеть, что Россия все больше превращается в сырьевую колонию Запада. Тогда, как и сейчас, народ справедливо требует избавления, требует былого величия и достоинства. Все больше он ждет политического мессии, кто избавит его от унижения. При следующей же возможности народ готов выйти новому диктатору навстречу с пальмовыми ветками в руках…

И таких маленьких диктаторов, вообразивших себя спасителями Руси и обещающих простодушному народу Царствие кесаря, предостаточно… Как те, из лагеря оранжевых, которые обещают либеральное русское национальное государство как полноценный член семьи развитых европейских наций, так и те, из стана красных и коричневых имперцев, которые обещают евразийскую автаркическую империю, которую «все будут бояться и уважать». Трудно оценить, какая из предложенных ими вариантов более губительна для многострадальной России.

Конструкции, ни Перикла, ни Платона, с своем чистом виде не способны спасти Россию. Если приходится выбирать, то евразийцы выбирает второе. Однако истинное спасение Русь приобретет только духовным озарением Христа. Только Христос сможет спасти Россию.

На этом моменте хотел бы подчеркнуть, что я не призываю к христианизации не-христианских народов России-Евразии. Тут речь не об этом. А о том, что евразицам, как политической силе, необходимо на каждом этапе своей политической борьбы (влияние на существующую власть, взятие власти, осуществление государство-строительства по-евразийски) помнить главный завет Христова:

«Бог есть Любовь»

и дальше — «Кто говорит: «я люблю Бога», а брата своего ненавидит, тот лжец: ибо не любящий брата своего, которого видит, как может любить Бога, Которого не видит?». (7)

Евразийство есть движение пореволюционное. И евразийцы призывают народы к всемирной освободительной борьбе против империализма и мировой олигархии. Но, при этом мы не должны обещать платоновские утопии. Ведь любая земная утопия рано или поздно превратится в дистопую, анти-утопию, то есть. Эллины были не глупы. «У-топия» так и переводится — «место, которого нет». Идеальное место, идеальное государство может быть только на «небе». Но, как сказано выше, Царство небесное давно уже существует на земле. Оно живет в каждом добром сердце, в каждом благом поступке, в каждой светлой мысли, независимо от цвета кожи, верования и тем более количества денег в банке. Желание обещать, и тем более построить «идеальное государство» — будь-то русский «Nationalstaat», будь-то тотальную евразийскую империю есть только обманчивая гордыня, приводящая к царстве зверя.

Христос был революционером. И пройдя ворота Иерусалима люди ожидали от Него политических перемен. Но Он не был политическим повстанцем. Он учил нас совершить «подвиг любви» и «подвиг смирения». Данные качества представляют собой, наверное, одни из самых русских черт нашего народного сознания. Да, Христос был революционером, и евразийцы тоже есть в своем роде революционеры. Но Его революция, как и наша, есть Революция Любви. Конечно, евразийство остается политической силой, они впредь стремятся к самим что ни на есть политическим переменам. Евразийцы хотят Великой России, но она должна быть «Востоком» не Ксеркса, а Христа! Поэтому в своем стремлении они соединяют учения платонова и Христова. На деле это означает два непоколебимых правила: Во-первых, в человеческом отношении цели никогда не оправдывают потраченные средства — жизни людей. Во-вторых, достоинство человека неприкосновенна. Вот, что завещал нам Иисус Христос, входя в Иерусалим.

Митрополит Антоний Сурожский (8) так комментирует эти события: «Христос нам завещал жизнь; Он нас научил тому, что, кроме любви, кроме готовности в своем ближнем видеть самое драгоценное, что есть на земле, — нет ничего!… Он нас научил тому, что человеческое достоинство так велико, что Бог может стать Человеком, не унизив Себя. Он нас научил тому, что нет ничтожных людей, тому, что страдание не может разбить человека, если только он умеет любить. Христос научил нас тому, что в ответ на опустошенность жизни можно ответить, отозвавшись только мольбой к Богу: «Приди, Господи, и приди скоро!…».

И Он придет! С верой, надеждой и любовью в наших сердцах мы знаем, что Он придет! И как любящий Бог восстал из гроба, так и мы скоро скажем «О Русь! Ты восстала из пепла»! Настанет день, и обнимая братьев своих мы скажем — «Россия ты воскресла! Ты воскресла как воскрес Христос! Воистину воскрес!».

Примечания:

1. Дихотомия (греч. διχοτομία: δῐχῆ, «надвое» + τομή, «деление») — раздвоенность, последовательное деление на две части, не связанные между собой. Дихотомическое деление в математике, философии, логике и лингвистике является способом образования взаимоисключающих подразделов одного понятия или термина и служит для образования классификации элементов.

2. Идеократия — государственный строй, в котором правящий слой отбирается по признаку преданности, исповедания и служения одной общей идее-правительнице (Н.С. Трубецкой — «Об идее-правительнице идеократического государства», П.Н. Савицкий — «Евразийство как исторический замысел»). Элементы идеократии имеются при любом государственном порядке как производные от общности каких-то иных признаков. Только в идеократии идея-правительница становится основным началом в формировании правящего слоя. Термин идеократия использовал швейцарский юрист Й.К. Блюнчли (1808—1881).

3.  Демотия – это «органическая демократия», принцип «соучастия народа в своей собственной судьбе». В отличие от либеральной демократии, подлинное представительство народа может быть, как считали евразийцы, обеспечено не с помощью «всеобщего, прямого, равного и тайного голосования», когда представители населения выбираются из числа функционеров конкурирующих политических партий, а на основе представительства местного самоуправления и культурных и профессиональных союзов в иерархической системы советов (А. Палкин. «Принцип демотии в учении евразийцев»).

4. Подробнее об этом смотрите статьи князя Н.С. Трубецкого «Европа и Человечество» (1920) и  «Русская проблема» (1922).

5. Новгородцев П.И. «О своеобразных элементах русской философии права». Москва. 1995 г.

6. Подробнее об эйдократии посмотрите статью В. Кошман «Младоевразийцы обсудили идеократию 21-го века» (2013).

7. Новый Завет. 1 Иоанн. 4:16; 4:20. 

8. Митрополит Антоний Сурожский (в миру Андре́й Борисович Блум; 1914-2003) — епископ Русской Православной Церкви, митрополит Сурожский. Философ, проповедник. Автор многочисленных книг и статей на разных языках о духовной жизни и православной духовности.

Литература:

Рублева Т. «Вербное воскресенье: приметы, ярмарки, гулянья». 2013 г. // http://mir24.tv/news/lifestyle/6965419

2. Ринаев И. «Вербное воскресенье: смысл праздника и почему именно верба?». 2013 г. // http://www.mk.ru/social/article/2013/04/28/848274-verbnoe-voskresene-smyisl-prazdnika-i-pochemu-imenno-verba.html

3. Платон. «Республика (Государство)». // http://philosophy.ru/library/plato/01/0.html

4. Калиш Я. «латон – евразиец?». Москва. 2013 г. // http://yeurasia.org/

5. Суслов А. «Государство Правды в трудах Н.Н. Алексеева и М.В. Шахматова». Москва. 2007 г. // http://yeurasia.org/2013/03/02/a_suslov_state_of_truth/

6.Поляков А. «Н.Н. Алексеев и идея государства». Санкт-Петербург. 2011 г. // http://yeurasia.org/

 

Leave a Reply

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *