Евразийский Союз — прошлое и настоящее. Россия — Евразия.

_ Марина Звонарёва, Челябинское отделение ЕДРФ. Челябинск, апрель 2013 г.

Введение

В 20 – 30 годы XX столетия группа единомышленников из числа русской эмиграции предлагает уникальное видение России и всего мира с географической и исторической точек зрения.  Новая концепция получает название «евразийской», а в её основе лежит  сформированная П.Н. Савицким научная отрасль знания – геософия. Важнейшим понятием геософии становится «месторазвитие», объединяющее социально-историческую среду и территорию. Исходя из этой идеологии, Россия не является ни Европой, ни Азией, а Евразией – месторазвитием, особой общностью — синтезом славянского и туранского начал, которому уготован свой отличный от других путь.

Используя новый подход к евразийству, президент Казахстана Н.А. Назарбаев в 1994 году представил членам Содружества проект интеграционного объединения – Евразийского Союза Государств.  Данная концепция в предлагаемом виде не была реализована,  но послужила безусловным стимулом консолидационных процессов постсоветского пространства.

В настоящее время по инициативе президента России В.В. Путина интеграция стран Содружества выходит на качественно иной уровень. 1 января 2012 года стартовал Единое Экономическое Пространство, а к 2015 году планируется создание Евразийского Союза.

Исследуемая нами тема является безусловно актуальной и определяющей для российского политического курса на многие годы вперед.  В проводимой Россией политике отчетливо прослеживаются евразийские идеи в новой интерпретации.

Чем же обусловлено желание объединения стран-участниц СНГ? Близки ли лидерам государств идеи «школы евразийства» или интеграция – лишь экономически целесообразный шаг? В чём отличия изначальной идеи Евразии и современного Евразийского Союза? Целью данной работы является рассмотрение и анализ Евразийского Союза в его различных интерпретациях. Исходя из указанной цели, можно выделить частные задачи, поставленные в курсовой работе:

  1. Осветить основные идеи классического евразийства и геополитическую модель «Россия — Евразия» (проект №1)
  2. Рассмотреть концепцию Евразийского Союза Государств, разработанную Н. А. Назарбаевым (проект №2), и проект Евразийского Союза, предложенный В. В. Путиным (№3).
  3. Провести сравнительный анализ всех трёх моделей евразийского объединения.

Тематика евразийства подробно изложена в трудах П.Н. Савицкого, Н.С. Трубецкого, Л.П. Карсавина, Н.Н. Алексеева, Л.Н. Гумилёва, на современном этапе исследованием данной темы занимаются Г.В. Сачко, А.А. Проханов, Г.Д. Джемаль,  в 90-е годы  немалый интерес вызывала интерпретация евразийства А.С. Панарина. Проблематика интеграции стран постсоветского пространства и казахстанское евразийство преимущественно освещается Н.А. Назарбаевым и рядом казахстанских исследователей, таких как Е.Л. Тугжанов,  Ж.М. Абильдин, М.Ж. Жолдасбеков и др. Среди западных авторов тема евразийства остается малоисследованной и достаточно противоречивой, заметный интерес к геополитике и современному состоянию евразийского пространства проявили такие исследователи, как З. Бжезинский, А.Дж. Тойнби. Из числа французских авторов, занимавшихся евразийством, стоит назвать работы М. Ларюэль, статьи Ш. Буржуа и Г. Шкявера. Среди восточных авторов можно выделить индийского исследователя Мадхавана К. Палата, считающего, что евразийство должно заполнить идеологический постсоветский вакуум.

Исходя из цели и задач, можно выделить следующую структуру курсовой работы: В первой главе «Россия-Евразия» мы рассмотрим геополитическую модель, представленную классиками евразийства (преимущественно П.Н. Савицким). Во второй главе «Интеграционные проекты стран Содружества» мы осветим проекты объединения стран постсоветского пространства, один из которых – ЕАС– был предложен Н.А. Назарбаевым в 1990-х, а другой – В.В. Путиным в 2000-х. В последней главе «Модели евразийской интеграции – сравнительный анализ» мы проведем сравнительный анализ всех трёх моделей объединения, на основе которого будем выявлять различия между изначальными евразийскими представлениями и современной интерпретацией этого идейно-политического движения.

Россия — Евразия

Евразийство, как идейное течение, впервые дало о себе знать в 20-е гг. XX века – период революции и коренного перелома в России. Представители интеллигенции, дворянства, духовенства, которым не нашлось места в провозглашенном коммунистами «изменённом в основе мире», были вынуждены уехать из страны. Наблюдая «исторический трагизм»[1], русские эмигранты начинают поиск пути к процветающей и стабильной России и находят решение в парадоксальной, на первый взгляд, концепции евразийства.

П.Н. Савицкий, главный основатель и идеолог евразийства, даёт следующее определение данному эмигрантскому движению: «Евразийцы – это представители нового начала в мышлении и жизни, это группа деятелей, работающих на основе нового отношения к коренным, определяющим жизнь вопросам…В то же время евразийцы дают новое географическое и историческое понимание России и всего того мира, который они именуют российским или «евразийским»».[2]

В основе евразийской доктрины лежит геополитическая модель «Россия-Евразия», теоретико-методологической основой которой является геософия. Геософия – разработанная Петром Савицким отрасль знания – сочетающая взаимодействие географических и исторических компонентов. Будучи первым российским геополитиком, он предлагает категорию «месторазвитие», определяя её как «широкое общежитие живых существ, взаимно приспособленных друг к другу и к окружающей среде, находящихся под ее влиянием, и, в свою очередь, влияющих на нее»[3]. Следовательно, месторазвитие объединяет как территорию, так и социально-историческую среду, определяя особенности исторического процесса, культуру  народа, государственное устройство, экономику, внешнюю политику.  Руководствуясь исключительно данными истории, невозможно представить полную картину происходящих явлений на той или иной территории, необходимо принимать во внимание географическое начало и социально-историческую среду.

По мнению Савицкого, Евразия целостна и едина, потому не может существовать разделения России на европейскую и азиатскую части. Россия представляет уникальное месторазвитие. Занимая основное пространство, «торс» Европо-азиатского материка, Россия может с уверенностью называться «срединным государством». Европой же является то, что лежит к западу от российской границы, а, соответственно, Азией – лежащее к югу и юго-востоку. Центральное положение определяет связующую роль России на материке, без центра вся система окраин Старого Света (Европа, Передняя Азия, Иран, Индия, Индокитай, Китай, Япония) превращается в «рассыпанную храмину». Осознание России-Евразии как «срединного мира», установление трансполярных связей между Европой и Азией для усиления данной роли евразийцы считают необходимым.

Таким образом, Россия ни Европа, ни Азия, а Евразия, являющая собой особенный географический мир. Российский «торс» представляет собой «флагоподобное» (термин П.Н. Савицкого) расположение зон: сменяющиеся с юга на север пустыню, степь, лес и тундру. Термин «флагоподобный» применяется идейным вдохновителем евразийства с целью подчеркнуть схожесть флага с наносимыми на карту горизонтальными полосами растительного мира.

Каковы же границы России-Евразии в представлении евразийцев? Западная граница проходит между Балтийским и Черными морями (по черноморско-балтийской перемычке). По данной перемычке с северо-запада на юго-восток простираются ботанико-географические границы, к западу от которых начинается, пролегая с севера на юг, лесная зона. К востоку от вышеупомянутых ботанико-географических границ наблюдается разделение на лесную (север) и степную (юг) зоны – этот рубеж евразийцы считают западной границей (дальневосточная граница с Азией «переходит в долготах выклинивания сплошной степной полосы при её приближении к Тихому океану»[4]). Таким образом, пространство Евразии примерно совпадает с границами Российской Империи и позднее – СССР.

Особая географическая структура России-Евразии обуславливает важнейшие геополитические факторы. «Флагоподобность» зон содействует постоянной миграции в отличие от строения природы европейской и азиатской, приспособленной к возникновению «сепаратизмов»[5]: небольших государств, обособленной культуры, развитой экономики на ограниченном пространстве. В Евразии существование такого «маленького мира» не представляется возможным, так как сама природа предопределяет объединение. В ином случае населению юга просто не удалось бы выжить без хозяйственного взаимодействия с Севером.

Соприкосновения различнейших народов и рас от германской и славянской до тунгусско-маньчжурской пронизывают всю историю Евразии, создавая особое «братство народов», которому присуща «воля к общему делу». Культурная и этническая составляющие находились в постоянном процессе скрещивания, начиная с медного и бронзового века. В течение того времени вся степная зона Евразии от причерноморских степеней до степей Восточно-Сибирской равнины была занята культурами «скорченных и окрашенных костяков»[6]. В пределах железного века было существование скифской и гуннской держав, последующим же значительным фактом евразийской истории было образование Монгольской империи и её расширение.

Восточнославянское же племя в течение первых тысячелетий истории Евразии оставалось в стороне от основного процесса, хотя наиболее значительные события отражались и на нем. Киевская Русь возникла в период ослабления объединительных тенденций на евразийском пространстве. Монгольское завоевание включило Русь в ход евразийских событий, а северо-восточная часть – Московская Русь взяла на себя общеевразийскую объединительную роль, став преемницей монголов.

Монголо-татарская государственность сыграла значительную положительную роль в создании русской государственности, Савицкий считает, что «без татарщины не было бы России»[7]. Скифский, гуннский и монгольский этапы были продолжены русским этапом. Историю кочевых держав и Руси объединяет  уже упомянутое месторазвитие, соотносящее исторический и географический факторы.  Интересно отметить, что, по мнению евразийцев, русская история до XV века была «историей одного из провинциальных углов евразийского мира»[8], а после получила общее наследие Евразии.

Если в геополитическом отношении Россия-Евразия существует в сфере монгольской державы, то в духовно-культурной области стоит говорить о византийском наследстве. Прежде всего речь идёт о Православии – Восточном Христианстве, лежащем в основах евразийской идеи (при этом не принижались иные вероисповедования – Ислам, Буддизм и т.д.). Основываясь на понятии «месторазвития», П.Н. Савицкий добавляет к культурно-историческим типам Н.Я. Данилевского новый – евразийский. Этнически-расовый состав России складывается из двух компонентов: туранских этносов и арийского славянства, образуя уникальный синтез. Русские – специфичная общность, со своеобразной культурой и особой миссией, не имеющей аналогов в мире. Одной из главных задач, поставленных евразийцами, становится осознание Россией самобытности, прекращение «погони за Европой» и романо-германскими ценностями. Со времен Петра I проводилась «европеизация» страны, в результате которой произошел раскол на европеизированную элиту и оставшуюся часть общества,  отторгавшую навязанную западную идею. Апофеозом отрицания «западного пути» стала Октябрьская революция 1917 года, освободившая творческие силы народа, несмотря на произведенное кровопролитие и насилие. Советский период рассматривался евразийцами не как испытание, а как божий промысел. СССР был лишь временным этапом, после которого должен наступить переход к Евразийской России. Какой же должна быть  в представлении основателей евразийства новая Россия?

Основываясь на принципе «цветущей сложности мира» (термин К. Леонтьева), Евразийская Россия должна представлять различные, но равноправные культуры, цивилизации, народы, религии. В качестве параметров будущего государства предлагается Евразийская Федерация, субъекты которой – нации. «Будущая Россия не может быть построена иначе, как на началах широкой автономии входящих в ее состав земель и народов». [9] Евразийцы стремятся к созданию справедливого государства, «Государства Правды», главной идеей которого становится подчинение государственности непреходящим религиозным ценностям.

Идеология Евразийской России проистекает из стержневой «идеи-правительницы», являющей смысл самой действительности и оформляющей систему власти. Именно эта истинная идеология, в основе которой лежит Православие, становится программой действий и не столько инструментом власти, сколько самой властью. Социальной почвой идеологии является партия особого вида, «правительствующая и своей властью ни с какой другой партией не делящаяся, даже исключающая существование других таких же партий. Она — государственно-идеологический союз, но вместе с тем она раскидывает сеть своей организации по всей стране и нисходит до низов, не совпадая с государственным аппаратом, и определяется не функцией управления, а идеологией».[10] Правящий слой Евразийской России состоит из элиты, выражающей «культуру и дух народа». Таким образом, власть одновременно сильная и близкая к народу, выражает не групповой интерес, а общественный.

Государство, исходя из «идеи-правительницы», должно быть идеократическим и жестко централизованным, строиться «сверху вниз».[11] «Идеократичность требует жертвенности. Но эта жертвенность осуществляется не во имя расплывчатого понятия «народ» или чересчур отвлеченного — «человек»; она — во имя срединного понятия «особый мир», под которым мыслится «Россия—Евразия».[12] Рассматривая СССР, евразийцы считали возможным использовать в постсоветском государстве принцип представительства народов через Советы, господства единой партии, имеющей всеобщую идеологию; государственное финансирование в области науки, здравоохранения и образования.  «Демотия» – демократия по типу Советов – является наиболее приемлемым типом построения государства, по мнению евразийцев. Принцип «демотии» предполагает систему земских советов, уездных и национальных (в случае малых народов) представительств. Н.Н. Алексеев отмечает одну из положительных сторон управления в СССР: «Советская система за отправную точку свою и берет не отвлеченного голосующего индивидуума, а известную социально-экономическую единицу — деревню, волость, фабрику — с ее первичным государственным органом — советом депутатов. Советское государство есть не совокупность граждан-атомов, а совокупность советов». [13] «Демотическое» государство построено на общенародном признании, при этом народ – организованное единство, представляющее совокупность исторических поколений.

Экономика Евразийской России предполагается смешанной, сочетающей частный и государственный сектор. При некоторых заимствованиях советских институциональных форм евразийцы особо отмечают, что направленность действия и цели данных форм кардинально изменятся с коммунистической безбожной идеологии на  новую российскую идею, имеющую истоки в концепции «Москва – третий Рим», работах К. Леонтьева, славянофильстве.

Основная задача Евразийской России состоит в сохранении территориальной целостности Евразии, сохранении евразийской культуры и самобытности. Но не только в этом видят евразийцы её предназначение: Россия имеет и национально-мировое призвание. Это призвание заключается в том, чтобы «поднять и понести уроненную западным человечеством нить веры – нить, без которой человечество непременно и скоро заблудится и сгинет в тёмном лабиринте».[14]

Вывод

Концепция евразийства, оформившаяся в 20-е годы в среде русской эмиграции, преимущественно сводилась к тому, что в силу своего географического положения Россия представляет синтез европейского и западного начал. Занимая срединное положение Старого Света, оставаясь целостной по ряду географических признаков, Россия не является ни Европой, ни Азией, но Евразией  – уникальным самобытным социокультурным миром, наделенным особой миссией. В полной мере отображая культурный полифонизм, синтетическая природа русских состоит из туранского и славянского компонентов. Исходя из данных особенностей,  классики евразийства предложили проект Евразийской Федерации – идеократического государства на основе «демотии» по типу Советов, предполагающей соучастие народа в политическом управлении. При этом «евразийская демотия» сочетается с «правящим отбором» из числа политической элиты. Главенствующая роль в Евразийской России отводится идеологии, остовом которой является Русское Православие. Будучи глубоко религиозными людьми, идеологи евразийства стремятся к построению «Государства Правды», в задачи которого входят сохранение Православия и «возвращении правды на землю».

Примечания:

[1] Г.В. Флоровский. Окаменелое бесчувствие.// Евразия. Исторические взгляды русских эмигрантов. М., 1992. С. 37

[2]  П.Н. Савицкий. Континент Евразия. Евразийство. –М.: Аграф, 1997. С. 81

[3] П.Н. Савицкий. Континент Евразия. Географический обзор России-Евразии –М.: Аграф, 1997.. С. 283

[4] П.Н. Савицкий. Континент Евразия. Географические и геополитические основы евразийства. –М.: Аграф, 1997. С.299

[5] П.Н. Савицкий. Континент Евразия. Географические и геополитические основы евразийства. –М.: Аграф, 1997.С.301

[6] П.Н. Савицкий. Континент Евразия.Евразийская концепция русской истории. –М.: Аграф, 1997. с. 124

[7] П.Н. Савицкий «Степь и Оседлость» в «На Путях: Утверждение евразийцев», Берлин, 1922, С. 341-356

[8] П.Н. Савицкий. Континент Евразия. Географические и геополитические основы евразийства. –М.: Аграф, 1997. С.125

[9] Н.Н. Алексеев. Русский народ и государство. — М., 1998 с.212

[10] Евразийство. Опыт систематического изложения. Париж, 1926.  с. 52.

[11] Н.Н  Алексеев.. Евразийцы и государство. // Мир России — Евразия. Антология. М.:»Высшая школа».. 1993 С. 176 — 190.

[12] См. Трубецкой Н. С. Об идее-правительнице идеократического государства. «Евразийская

хроника». Вып 11. Берлин, 1935, с. 35.

[13] Н.Н. Алексеев. Русский народ и государство. — М., 1998 с. 143

[14] П.Н. Савицкий.Континент Евразия. Подданство идеи. –М.: Аграф, 1997. с. 130

Leave a Reply

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *